Мотивация очень разная. Кардинально разная. Кто-то делает имя. Кто-то делает на благотворительности деньги (и деньги серьезные). Кто-то имеет своей целью изменить мир. У таких это получается, вне зависимости от того какой объём им удаётся — они действительно меняют мир. И у благотворительности есть разные направления. Я решила помогать музеям и деятелям искусства.
Мысль заняться благотворительностью мне пришла спустя несколько лет после того, как я увлекалась таджикской живописью прошлого столетия и стала ее коллекционировать. Познакомившись с музейными работниками, художниками, поняла, что наше искусство нуждается в поддержке. Сразу хочу сказать, что в соответствии с крайне «неласковым» для культуры законодательством РФ, никаких налоговых преференций благотворительность в России не даёт. И этим законодательство и отношение власти России к культуре существенно отличается от позиции Европы и США. Поэтому могу смело сказать, что моя мотивация – это желание помочь.
Поскольку Музеи в соответствии с законодательством РФ коммерческой деятельности не ведут, а местные и региональные бюджеты часто дефицитны, спасение нашей истории, культуры, музеев зависит уже не от государства — хотя это его прямая функция — а от неравнодушных людей, готовы тратить свои силы, деньги, ресурсы, чтобы защитить и сохранить наше наследие. И вот тут есть сложности. Действующее законодательство категорически запрещает музеям получать пожертвования на свой собственный расчетный счет. Я поняла, что физически не могу, не вправе осуществить пожертвование музеям «напрямую». Поэтому приходиться искать выходы. Например, чтобы помочь Серпуховскому музею мы просто выкупили билеты в кассе музея, что позволило детям – школьникам и студентам художественных учебных заведений посещать Серпуховской историко-художественный музей бесплатно.
Или по зову души! Вообще, это зависит от того, что имеют своей целью учредители благотворительного фонда. Потребность во всех сферах благотворительности более, чем велика. Получается, что кто-то видит очевидную «дыру» и пытается её закрыть благотворительной инициативой. Очень много сфер, где государство не в состоянии защитить интересы нуждающихся: больные дети, старики, культура...
Все зависит от позиции законодателя. Законопроект созрел давно, однако не принят. В той правовой ситуации которая есть сейчас — деятельность благотворительных организаций осуществляется не «благодаря», а «вопреки».
Все приветствуется: сбор денег, вещей — для нуждающихся. Для них же — продуктов. Мы создали программу «друзья музея» для региональных, не имеющих финансирования музеев. Здесь подойдут любые благотворительные действия. Главное — показать пример. Верю, что люди добры по природе.
До создания Фонда я узнала через Таджикское посольство, с которым я тесно сотрудничаю, что маленькому таджикскому ребенку срочно нужна операция на глазках – угрожала слепота. Я не смогла остаться равнодушной. И это был мой личный вклад. Сейчас есть Фонд, впереди большие планы и много работы – помощь нужна не только музеям, но и художникам. Сейчас мы работаем над персональной выставкой Владимира Глухова. Это уникальный, талантливый художник, которому срочно требуется мотивация и поддержка.